• Специализация
    Выберите специализацию:
  • Новости
  • Мероприятия
  • Образование
  • Видео
  • Научные материалы
  • Наша команда

Бурденковские чтения. Конференц Зал. 17.00-18.00. Нефрология

01.10.2026
50

Актуальные вопросы медицинской визуализации, лабораторной диагностики и ведения пациентов с заболеваниями почек

Стандартизация протокола МРТ предстательной железы и унификация заключения

В 2025 году опубликованы результаты крупного аудита соблюдения протоколов МРТ предстательной железы, проведенного специалистами НМИЦ онкологии им. Исследователь. Исследование включало ретроспективный анализ медицинских карт 600 пациентов из 124 медицинских центров. Выявлено, что 82% протоколов соответствуют минимальным требованиям, однако лишь 43% учреждений выполняют полный мультипараметрический протокол, а правильное пространственное разрешение соблюдается в 6,8% случаев. Это свидетельствует о том, что во многих случаях МРТ технически не готова для точной диагностики, что затрудняет принятие клинических решений.

Для решения этих проблем требуется настройка протокола для автоматического контроля качества, структурирование заключения для четкого определения мишени биопсии и разработка алгоритмов действий для категории PI-RADS 3. Ключевыми инструментами стандартизации выступают система оценки качества изображений PI-QUAL v2 и система отчетности PI-RADS v2.1.

Алгоритм от снимка до биопсии включает: выполнение МРТ по стандартизированному протоколу (обязательные аксиальные T2-ВИ, ДВИ, DCE), оценку качества по PI-QUAL v2, структурированное описание с присвоением категорий PI-RADS и стратификацию риска. PI-RADS 1–2 требуют наблюдения, PI-RADS 4–5 — биопсии. Стандартизация технического протокола, обязательная оценка PI-QUAL и структурированное заключение являются основой диагностической точности и эффективной коммуникации между рентгенологом и урологом.

Источники: Alley S, et al. Assessing Quality and Adherence to PI-RADSV2.1 Minimum Technical Standards of Prostate MRI in NRG-GU005. J Magn Reson Imaging. 2025;63(2) Thijssen LCP, et al. Quality of prostate MRI in early diagnosis — a national survey and reading evaluation. Insights Imaging. 2025 PI-QUAL version 2: an update of a standardised scoring system for the assessment of image quality of prostate MRI. Special Report, 24 May 2024 Schoots IG, Roobol MJ, Nieboer D, et al. Magnetic resonance imaging-targeted biopsy may enhance the diagnostic accuracy of significant prostate cancer detection compared to standard transrectal ultrasound-guided biopsy: a systematic review and meta-analysis.

Автоматизированная микроскопия мочи: возможности алгоритмов и валидация результатов

Основной задачей современных мочевых анализаторов является обеспечение быстрого, точного и стандартизированного количественного анализа биоматериала, исключающего субъективизм и минимизирующего влияние человеческого фактора. Переход лабораторной диагностики на автоматизированные методы позволяет повысить достоверность результатов и обеспечить возможность мониторинга состояния пациентов.

Технология цифровой визуализации и распознавания частиц (например, система IRIS) использует гидродинамическую фокусировку образца в ламинарном потоке через проточную ячейку. Это обеспечивает пространственное разделение частиц, предотвращая их слипание, и позволяет получать изображения для автоматической классификации. Система способна автоматически дифференцировать 12 основных категорий частиц: эритроциты, лейкоциты, скопления лейкоцитов, клетки плоского и неплоского эпителия, бактерии, кристаллы, гиалиновые цилиндры, неклассифицированные цилиндры, дрожжи, сперматозоиды и слизь, а также выделять 27 подклассов для последующей ручной классификации.

Автоматические анализаторы способны достоверно распознавать патологические частицы, в частности цилиндры. Эритроцитарные цилиндры являются маркерами гломерулонефрита, кровотечений из нефрона и нарушения функции клубочков. Лейкоцитарные цилиндры указывают на воспаление внутри нефрона. При обнаружении таких структур прибор фиксирует изображение, производит подсчет, устанавливает флаг тревоги и приостанавливает автоматическую выдачу результата. Лаборант осуществляет визуальный контроль на экране прибора для уточнения типа цилиндра, после чего пациенту выдается количественный ответ с указанием типа патологической частицы.

Валидация результатов требует учета возможных интерференций и артефактов. Например, при выявлении белка в моче и отсутствии патологических элементов при автоматической микроскопии необходимо исключить нарушение сроков транспортировки или хранения пробы. Разрушение клеток (эритроцитов, лейкоцитов) вследствие длительного хранения может привести к ложноотрицательным результатам микроскопии. Для предотвращения пропуска таких случаев применяются экспертные системы валидации (например, iWARE), позволяющие настраивать правила интерпретации и защищать от выдачи недостоверных результатов.

Тест-полоски подвержены влиянию различных интерференций. Ложноположительные реакции на лейкоциты могут наблюдаться при высоком уровне билирубина. Ложноотрицательные результаты по лейкоцитам, эритроцитам, глюкозе, нитритам и билирубину возможны при повышении уровня аскорбиновой кислоты, высоком содержании белка (>5 г/л) или глюкозы (>20 г/л). Ложноотрицательные результаты по уробилиногену могут быть обусловлены длительным хранением пробы на свету.

При подозрении на хроническую болезнь почек (ХБП) или наличии факторов риска, а также при глюкозурии или кетонурии, когда химические интерференции могут искажать колориметрические методики определения креатинина, предпочтительным методом подтверждения является количественное определение альбумина в моче (иммунотурбидиметрически) или расчет отношения альбумин/креатинин. Количественное исследование экскреции альбумина рекомендуется для диагностики ХБП, определения градации альбуминурии и оценки динамики на фоне лечения у пациентов с минимальным количеством белка в разовой порции (<1+) или уровнем протеинурии <0,5 г/сутки.

Хроническая болезнь почек: эпидемиология, факторы прогрессирования и стратегии нефропротекции

В мае 2025 года на 78-й Ассамблее Всемирной организации здравоохранения хроническая болезнь почек (ХБП) признана социально значимым заболеванием. ХБП определяется как персистирующее в течение 3 или более месяцев поражение почек вследствие действия различных этиологических факторов, анатомической основой которого является процесс замещения нормальных структур фиброзом, приводящий к дисфункции органа. Заболевание почек является растущей глобальной проблемой: в 2030 году количество пациентов, получающих заместительную почечную терапию (ЗПТ), составит 5,4 млн человек. К 2040 году ХБП займет 5-е место среди причин преждевременной смертности (в 2016 году занимала 16-е место). В мире более 850 млн человек страдают ХБП (13,4%), при этом только 1 из 10 знает о своем диагнозе. В Российской Федерации распространенность ХБП оценивается примерно в 19 млн человек, из них более 2 млн имеют преддиализную стадию.

Факторы риска и диагностика

Выделяют немодифицируемые (пожилой возраст, мужской пол, низкая масса тела при рождении, расовые особенности, наследственность) и модифицируемые факторы риска (сахарный диабет, артериальная гипертензия, дислипидемия, табакокурение, ожирение, неалкогольная жировая болезнь печени, острое повреждение почек, гиперурикемия, аутоиммунные заболевания, хроническое воспаление, инфекции мочевых путей, обструкция нижних мочевых путей, лекарственная токсичность, высокое потребление белка, беременность). Особое значение среди модифицируемых факторов отводится сахарному диабету и артериальной гипертензии. В группе высокого риска до 95% случаев ХБП не диагностируется из-за длительного бессимптомного течения или неспецифичности симптомов. Часть пациентов впервые госпитализируется в нефрологический стационар с необходимостью экстренного начала ЗПТ.

Критерии диагностики ХБП включают: 1) Наличие клинических признаков повреждения почек, персистирующих не менее 3 месяцев; 2) Снижение скорости клубочковой фильтрации (СКФ) <60 мл/мин/1,73 м² в течение 3 и более месяцев; 3) Наличие признаков необратимых структурных изменений органа (по данным биопсии или визуализирующих методов).

Диагностика на амбулаторном этапе включает определение отношения альбумин/креатинин в разовой порции мочи, суточной протеинурии и расчет СКФ (например, по формуле CKD-EPI). Снижение рСКФ и увеличение альбуминурии ассоциированы с повышением риска сердечно-сосудистых катастроф и терминальной почечной недостаточности (ТПН). Категории альбуминурии: А1 (<30 мг/г), А2 (30–300 мг/г), А3 (>300 мг/г). Категории рСКФ: С1 (>90), С2 (60–89), С3а (45–59), С3b (30–44), С4 (15–29), С5 (<15).

Прогрессирование ХБП

Факторами прогрессирования являются персистирующая активность основного процесса, артериальная гипертензия, протеинурия, недостаточный контроль сахарного диабета, анемия, метаболический ацидоз, нарушение фосфорно-кальциевого обмена. Максимально быстрое прогрессирование наблюдается при сочетании гипертонии, протеинурии и плохого гликемического контроля. Механизмы прогрессирования включают активацию ренин-ангиотензин-альдостероновой системы (РААС), вазоконстрикцию эфферентной артериолы, гломерулярную гипертензию, гиперперфузию, гипертрофию клубочков, повреждение мезангия и прямое токсическое воздействие метаболитов. Относительно недавно выявлена роль гиперактивации минералокортикоидных рецепторов, приводящей к хроническому воспалению и фиброзу.

У пациентов с сахарным диабетом 2 типа (СД2) до 40% могут иметь ХБП. Риск плохого контроля гликемии у них на 78% выше, а ожидаемая продолжительность жизни сокращается на 16 лет по сравнению с пациентами без ХБП. Риск сердечно-сосудистых катастроф возрастает в 9 раз.

Стратегия нефропротекции

Концепция ХБП является универсальным инструментом для определения степени нарушения функции, расчета риска ТПН и сердечно-сосудистых осложнений (ССО), планирования нефропротективных мероприятий и подготовки к ЗПТ. Глобальная цель — сохранение функции почек, снижение осложнений и улучшение качества жизни.

Современная стратегия нефропротекции базируется на трех «столпах»:

  1. Блокада РААС с помощью ингибиторов АПФ или блокаторов рецепторов ангиотензина (сартанов).
  2. Метаболический контроль: применение ингибиторов натрий-глюкозного котранспортера 2 (глифлозины) у пациентов с СД2 и ХБП, а также аналогов глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1). Глифлозины эффективны также у пациентов с ХБП без диабета.
  3. Применение нестероидного антагониста минералокортикоидных рецепторов финеренона. Финеренон блокирует минералокортикоидные рецепторы, предотвращая воспаление и фиброз, оказывая нефро- и кардиопротективный эффект. Показания к применению финеренона включают ХБП у пациентов с СД2, а также ХБП у пациентов с хронической сердечной недостаточностью (ХСН), при этом наличие СД не является обязательным условием.

Для пациентов с ХБП и СД рекомендуется комбинация трех групп препаратов (блокаторы РААС, глифлозины, финеренон). Для пациентов с ХБП без СД обязательны блокаторы РААС и глифлозины. Эффективность нефропротекции зависит от преемственности между амбулаторным и стационарным звеньями, комплаентности пациента и скоординированных усилий по профилактике и лечению.

Редкий случай вторичной аминореи на фоне адренокортикального рака

Описан клинический случай молодой пациентки, обратившейся в женскую консультацию с жалобами на отсутствие менструации в течение 3 циклов, прибавку массы тела на 10 кг, повышенную плаксивость и нарушение сна. При обследовании выявлено незначительное снижение Т4 и низкий уровень эстрадиола. Пациентке была назначена заместительная гормональная терапия, не оказавшая эффекта. Через 5 месяцев от начала симптомов пациентка обратилась к нефрологу с жалобами на отеки, одутловатость лица, прибавку массы тела до 20 кг, появление оволосения по мужскому типу (на верхней губе), пигментных пятен и ночной потливости (до 3 раз за ночь). Объективно выявлено неравномерное распределение подкожной клетчатки по пушиногодному типу, стрии красно-фиолетового цвета на животе, бедрах, боках и голенях. Артериальное давление составляло 150/90 мм рт. Ст.

Повторное обследование показало снижение Т4, альдостерона, фолликулостимулирующего гормона, лютеинизирующего гормона и эстрадиола. Уровень общего тестостерона и его фракций был повышен. УЗИ и КТ выявили образование правого надпочечника размером 82×70×107 мм с четкими неровными контурами. Пациентка госпитализирована в МИЦ им. Алмазова. При стационарном обследовании выявлено повышение кортизола. ПКТ подтвердила накопление контраста образованием и его злокачественную этиологию. Диагноз: АКТ-независимый гиперкортицизм, адренокортикальный рак правой надпочечника стадии T2, вторичная артериальная гипертензия, гипогонадотропный гипогонадизм, вторичная аминорея, вторичное снижение минеральной плотности костей, синдром низкого уровня Т4, нарушение толерантности к глюкозе, инсулинорезистентность, дисфункция щитовидной железы.

Проведено лапароскопическое правостороннее адреналэктомия. Гистологически подтвержден адренокортикальный рак стадии T2. В послеоперационном периоде назначена заместительная терапия глюкокортикоидами, гормонами щитовидной железы и гипотензивными препаратами.

Адренокартикальный рак и тромбоз, ассоциированный с катетером для гемодиализа

Адренокартикальный рак (АКР) представляет собой редкое онкологическое заболевание, характеризующееся агрессивным течением, поздним выявлением и преимущественным поражением пациентов детского и молодого возраста. Распространенность заболевания составляет 0,5–2 случая на 1 миллион населения. Опухоль, как правило, является гормонально активной и выступает основной причиной клинического проявления синдрома Кушинга, который развивается в 80% случаев.

В клинической практике отмечается сложность ранней диагностики АКР. Повышение уровня кортизола может затруднять выявление опухоли надпочечника, что приводит к задержке постановки диагноза. В одном из описанных случаев диагноз был подтвержден только через полгода после первичного обращения, однако своевременное хирургическое лечение позволило уложить заболевание в стадию T2. Пациентке выполнена лапароскопическая правосторонняя адреналэктомия. В послеоперационном периоде назначена заместительная гормональная терапия глюкокортикоидами, гормонами щитовидной железы и гипотензивными препаратами. Химиотерапия в данном случае не показана. Пятилетняя выживаемость при данной стадии заболевания является благоприятным прогнозом.

Вопросы сосудистого доступа остаются критически важными в нефрологии. На конец 2025 года количество пациентов, находящихся на заместительной почечной терапии (ЗПТ) в России, составляло 77 000 человек, что соответствует среднему показателю 360 человек на миллион населения. Несмотря на наличие более оптимальных методов (артериовенозная фистула), 80% пациентов начинают лечение ЗПТ с использованием центральных венозных катетеров (ЦВК). Это обусловлено как медицинскими показаниями (невозможность создания АВ-доступа), так и отказом пациентов от хирургических вмешательств.

Центральный венозный катетер является инородным телом, что провоцирует развитие осложнений, главным из которых является тромбоз. Тромбоз, ассоциированный с катетером (ТАК), является наиболее распространенным неинфекционным осложнением. Частота тромбоза глубоких вен верхней конечности (ГВБК) увеличилась с 2–4% до 10% от всех вновь диагностированных тромбозов ГВБК. Наличие ЦВК является независимым фактором риска тромбоза ГВБК (OR: 14,0; 95% ДИ: 5,9–33,2). На долю катетеров приходится от 50% до 90% всех тромбозов ГВБК. Частота ТАК у взрослых составляет от 2% до 63,5%, у детей — около 50%. В когортах пациентов на гемодиализе с ЦВК частота тромбозов достигает 8,6 на 1000 катетер-дней, а частота потери катетера из-за дисфункции — 1,8–3,6 на 1000 дней.

Патогенез тромбоза описывается триадой Вирхова: повреждение эндотелия сосуда при имплантации и механической травме дистальным сегментом катетера, нарушение свертываемости крови и стаз крови. Фибриновая пленка начинает формироваться в месте соприкосновения катетера со стенкой сосуда уже через 24 часа после введения и может полностью покрывать катетер к 5–7 дню. Этот процесс усугубляется турбулентным кровотоком во время диализа и движениями пациента. Фибриновая оболочка включает коллаген, гладкомышечные клетки, тромбоциты и лейкоциты, являясь результатом воспалительной реакции.

Клиническая значимость тромбоза зависит от локализации. Тромбоз подключичной вены несет высокий риск отека конечности и потери сосудистого доступа. Тромбоз левой безымянной вены и верхней полой вены также сопряжен с высоким риском симптоматических осложнений. Тромбоз внутренней яремной вены вызывает меньше осложнений. Оптимальным позиционированием дистального сегмента катетера считается положение в правом предсердии, где функция катетера наиболее стабильна, хотя риск тромбоза на этом уровне существует.

Тактика ведения пациентов с осложнениями ЦВК требует тщательной оценки. Удаление катетера является крайней мерой из-за ограниченного количества мест для установки сосудистого доступа. В регионах с высокой долей пациентов на ЗПТ, у значительной части пациентов (около 30 из 600 в Пензенской области) исчерпан весь потенциал сосудистого доступа, и альтернативой остается только трансплантация почки или перитонеальный диализ, от которого многие пациенты отказываются. Эндоваскулярные методы лечения тромбозов (тромболизис) применяются ограниченно. В клинических случаях, особенно у пожилых пациентов (например, 79 лет) с сопутствующей патологией (болезнь Паркинсона, энцефалопатия), удаление катетера с тромбом сопряжено с высоким риском тромбоэмболии легочной артерии. Поэтому основным принципом является попытка консервативного лечения и сохранения катетера при наличии возможности его функционирования.

Для доступа к странице необходимо войти или зарегистрироваться